Інформационная платформа участников Холодной войны
ХАРКІВСЬКА ОБЛАСНА ОРГАНІЗАЦІЯ УЧАСНИКІВ ГІБРИДНИХ ВІЙН - ВЕТЕРАНІВ ВІЙСЬКОВОЇ СЛУЖБИ УКРАЇНИ

Пришло время напомнить о законах и обычаях войны!

Снимайте маски, господа комбатанты. Законы и обычаи войны, оформленные в Женевских и Гаагских конвенциях на протяжении всего ХХ-го века, оказались не такими уж «мёртвыми» в веке двадцать первом.



Вся напряжённая военно-политическая обстановка вокруг надуманного «украинского вопроса» показала, что как бы авторы идеи реализации имперских замыслов не старались – обмануть мировую общественность об их истинных целях никому не удастся. Политологические аспекты происходящего на постсоветском пространстве после революции «чести и достоинства» в Украине оставим политологам, а мы попытаемся раскрыть военно-юридическую составляющую происходящих событий.

          Комбатант (от фр. Combatant — сражающийся) — лицо, принимающее непосредственное участие в боевых действиях в составе вооруженных сил одной из сторон военного конфликта, и имеющее в этом качестве особый юридический статус.

           Несмотря на многотысячелетнюю историю войн, строгое определение сражающихся (комбатантов) было сформулировано лишь в 1907 году на 2-й Гаагской конференции в Конвенции о законах и обычаях сухопутной войны (далее IV Гаагская конвенция). Лишь тогда, после долгих дискуссий, были установлены критерии, с помощью которых можно было отличить комбатантов от других участников вооружённых конфликтов:

           «Военные законы, права и обязанности применяются не только к армии, но также к ополчению и добровольческим отрядам, если они удовлетворяют всем нижеследующим условиям:

1) имеют во главе лицо, ответственное за своих подчиненных;

 2) имеют определённый и явственно видимый издали отличительный знак;

 3) открыто носят оружие;

 4) соблюдают в своих действиях законы и обычаи войны.

           Ополчение или добровольческие отряды в тех странах, где они составляют армию или входят в её состав, понимаются под наименованием армии.

          Необходимость чёткого определения обуславливалась тем, что сражающиеся имеют особый статус и связанные с ним особые ответственность и права: «Сражающиеся — это лица, входящие в состав вооружённых сил одной из воюющих сторон и непосредственно ведущие боевые действия против неприятеля с оружием в руках. За ними признаётся право применять военное насилие; к ним самим применяется высшая форма военного насилия, то есть физическое уничтожение; попав в руки неприятеля, комбатанты имеют право на обращение с ними, как с военнопленными.

          Из этих критериев вытекает, что комбатант является не только субъектом, но и непосредственным объектом военных действий противника, а перестаёт быть таким объектом лишь в случае ранения, взятия в плен».

         Позднее, с принятием Дополнительного протокола I к Женевским конвенциям, касающейся защиты жертв международных вооружённых конфликтов 1977 г. в статье 43 данного протокола появляется определение вооружённых сил и также впервые вводится понятие комбатанта как составляющего вооружённые силы:

«1. Вооружённые силы стороны, находящейся в конфликте, состоят из всех организованных вооружённых сил, групп и подразделений, находящихся под командованием лица, ответственного перед этой стороной за поведение своих подчиненных, даже если эта сторона представлена правительством или властью, не признанными противной стороной. Такие вооружённые силы подчиняются внутренней дисциплинарной системе, которая, среди прочего, обеспечивает соблюдение норм международного права, применяемых в период вооружённых конфликтов.

 2. Лица, входящие в состав вооружённых сил стороны, находящейся в конфликте (кроме медицинского и духовного персонала, о котором говорится в статье 33 Третьей конвенции), являются комбатантами, то есть они имеют право принимать непосредственное участие в военных действиях».

               Определение, данное в указанном протоколе, чётко привязывает комбатанта к вооружённым силам, тем самым показывая то, что комбатант действует от лица государства, как субъекта международного права, и тем самым государство берёт на себя ответственность за совершаемые сражающимся действия, если те не противоречат законам и обычаям войны. То есть государство санкционирует и отвечает за применение комбатантом оружия и за физическое уничтожение им комбатантов враждующей стороны.

             Одной из самых серьёзных проблем в связи с определением комбатантов является признание воюющей и восставшей стороны, как один из видов международного признания.

«Признание „восставшей“ стороны имеет место тогда, когда иностранные государства имеют дело с территорией, контролируемой вооружёнными силами, ведущими борьбу с правительством. Признание „восставших“ означает, что признающее государство признаёт факт восстания против правительства, и не будет рассматривать повстанцев как вооружённых преступников.

              Несколько более широким является признание „воюющим“. В таком случае на восставших распространяются право вооружённых конфликтов, практически в том же объёме, что и на государства. Условиями признания являются обладание значительной территорией государства, а также соответствие понятию воюющий в данных в Гаагской конвенции терминах о законах и обычаях сухопутной войны.

              При соблюдении вышеназванных условий повстанцы имеют право называться „воюющей“ стороной и пользоваться всеми связаными с этим правами и обязанностями. Они являются субъектом гуманитарного права, а не уголовного, как было бы при отсутствии признаков воюющей стороны».

              С точки зрения международного гуманитарного права, как указано в ст.1(4) Дополнительного протокола I, освободительная война является международным вооружённым конфликтом, и, таким образом, на неё распространяются законы, обычаи и нормы применительные к международным вооружённым конфликтам. Таким образом, участники освободительной войны в случае наличия у них признаков сражающихся, определённых IV Гаагской конвенцией, должны быть признаны сражающимися, то есть комбатантами.

               В случае событий первой недели марта 2014 г., начиная с захвата Совмина Крыма и наводнения «зелёными человечками», от которых открестилась Россия, особенное значение принимает необходимость приведения ситуации в международно-правовое поле, регламентирующее ведение вооружённых конфликтов международного и внутреннего характера. Это украинской стороной должно сегодня быть положено в основу взаимоотношений как с Российской федерацией, так и с остальными членами мирового сообщества, в первую очередь с странами G8(7). Неопознанные вежливые вооружённые до зубов представители самообороны Крыма с «характерным разрезом глаз», представляющиеся россиянами, должны наконец-то быть идентефицированы в соответствии с нормами международного права, это первое.

             Во-вторых, должна быть проведена полная военно-юридическая квалификация их действий на территории суверенного независимого государства Украина исключительно в рамках международных требований «Права вооружённых конфликтов», ратифицированных обеими сторонами необъявленного конфликта. Какая бы маскировка не применялась агрессором, вторгшимся на территорию независимого государства, агрессия всегда останется агрессией. Теоретики-юристы должны придти на помощь практикам, становящимся непосредственными участниками применения норм права войны.

              Как необходимо действовать непосредственно в зонах минилокальных конфликтов - у воинских частей, баз, военных складов, других охраняемых объектах Вооружённых Сил Украины?

  1. Требовать их самоидентефикации как комбатантов с предоставлением информации о их командире (воинское звание, фамилия, имя, отчество, название подразделения, соединения, принадлежность к вооружённым силам конкретного государства).
  2. Факт открытого ношения оружия, ношения военной формы одежды в этой ситуации, даже без издали видимых отличительных знаков (знаков воинского различия), должен квалифицироваться как принадлежность к регулярным воинским формированиям конкретного государства, которое несёт юридическую ответственность за действия своих военнослужащих.
  3. Обязательное напоминание неидентефицированным военнослужащим о необходимости соблюдения законов и обычаев войны, так как есть полная уверенность, что в каждой части и соединении, принимающем участие в наращивании военной группировки Вооружённых Сил РФ в Автономной республике Крым, по штату присутствует военно-юридический советник (помощник командира), выполняющий задачу обеспечить контроль за соблюдением требований Женевских и Гаагских конвенций права вооружённых конфликтов.

                После идентефикации и определения принадлежности к Вооружённым Силам Российской Федерации (что фактически уже произошло), переходить к квалификации действий регулярных войск иностранного государства на территории независимого государства Украина как агрессии с обязательной фиксацией на все возможные технические средства для дальнейшего представления в международные юрисдикцийные органы с целью квалификации военных преступлений и нарушений практически всех базовых принципов международного права.

А именно:

 Принцип неприменения силы и угрозы силой;

Принцип разрешения международных споров мирными средствами;

Принцип невмешательства в дела, входящие во внутреннюю компетенцию государств;

Принцип обязанности государств сотрудничать друг с другом;

Принцип равноправия и самоопределения народов;

Принцип суверенного равенства государств;

Принцип добросовестного выполнения обязательств по международному праву;

Принцип нерушимости государственных границ;

Принцип территориальной целостности государств;

Принцип уважения прав человека и основных свобод.

 

Игорь ШЛЕПОТИН, Украина, Харьковский областной комитет ветеранов

военной службы-участников Холодной войны



Создан 09 мар 2014



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником
Besucherzahler most beautiful Russian and Ukrainian brides
счетчик посещений